Переведенное В. Л. Вяткиным «Описание Самаркандского вила-ета», составленное в XVIII в. узбеком Кырк Мухаммед-Салихом, есть едва ли не единственное географическое сочинение этой эпохи, написанное в Средней Азии, притом, если не ошибаюсь, и это сочинение в подлиннике в петербургских библиотеках не имеется.
Пробелы географической литературы не восполняются памятниками литературы исторической. Больше всего географических и этнографических сведений, в том числе и данных об условиях орошения, можно было бы ожидать от исторических трудов, посвященных отдельным го родам; но только «История Бухары» Нершахи, составленная в X в. и продолженная разными лицами до времени Чингиз-хана, до некоторой степени оправдывает эти ожидания. Некоторый интерес для нас представляет сочинение Муин ад-дина Исфизари (XV в.) по истории Герата, так как автором приводятся также некоторые сведения о местностях, ныне входящих в состав Закаспийской области. Остальные памятники этой литературы, в том числе и главные сочинения о Самарканде, Кан-дийа и Самарийа, представляют более богословский, чем исторический интерес; в них преимущественно перечисляются находящиеся в городе могилы мусульманских святых и приводятся сведения о их жизни, большею частьюлегендарные. Отрывочные сведения, указывающие на состояние культуры в той или другой местности, на направление рек и каналов и т. п., встречаются, конечно, и в таких трудах, как вообще в памятниках мусульманской агиологической литературы, из которых мною мог быть использован труд Али ибн Хусейна Кашифи (XVlB.) — Рашахатайн ал-хайат («Капли источника жизни»). Еще
с большой осторожностью приходилось пользоваться таким источником, как роман об Абу Муслиме. О культурных заслугах этого политического и религиозного деятеля VIII в. есть и достоверные исторические свидетельства; преданием, отразившимся в романе, его заслуги были, конечно, значительно преувеличены.
|
Достоверность источников